Свидетельство

«Укрощение злодея». Бывший гангстер и наркоман отправился в пабы и тюрьмы, чтобы рассказать о том, что сделал с ним Бог

Когда Аллену Лэнгэму было 16 лет, он начал тренироваться в академии регби и преуспел настолько, что подписал первый профессиональный контракт. Но довольно быстро он погрузился в наркотики, насилие и, в конечном итоге, попал в тюрьму на долгие два десятилетия его жизни.

Аллен Лэнгэм стал автором книги «Укрощение злодея», в которой рассказал о том, как с Божьей помощью ему удалось покончить со злом в собственной душе.

Моей самой большой проблемой был отец, вернее его отсутствие. В очень молодом возрасте я привык к насилию, потому что надо мной издевались дети старшего возраста. Дома меня тоже ждали побои, а также беспорядок и отсутствие еды. Маме было уже за сорок, когда я родился, и она уже не была замужем за моим отцом.

Она страдала от хронической депрессии, повседневная жизнь была сложной, поэтому обстановка в доме была тяжёлая. Несмотря на это, я знаю, что она любила меня. Когда мне стукнуло 14, я нашёл её мертвой, и это просто разорвало моё сердце на части. Мне было больно даже подумать о том, что её больше нет. Тогда я впервые начал выпивать и принимать лёгкие наркотики.

В то же время я играл в регби, и меня заметили несколько профессиональных клубов. Когда мне было 16 лет, я поступил в академию регби, а уже через год подписал профессиональный контракт.

Всё складывалось замечательно: я переехал в свой дом, обзавёлся машиной и встретил женщину, в которую безумно влюбился. У нас родилась дочка. Но очень скоро я уже попал под суд за насилие и в 18 лет получил свой первый тюремный срок. С карьерой спортсмена было покончено. Я был как потерянный ребёнок, которому просто нужно было немного помочь, но я попробовал героин.

Вскоре после освобождения я получил место на стройке, и казалось, что это начало чего-то хорошего. Но я снова стал употреблять героин. Мне постоянно хотелось заглушить в себе последствия насилия, потери отца и смерти матери. Мне уже было 30, а я был абсолютно потерян.

Моя личность всё больше выходила из-под контроля. В течение года я был хроническим наркоманом, живущим на улицах Лондона, расстался со своей девушкой и не видел, как родился наш ребёнок.
В 1999 году меня приговорили к четырём годам лишения свободы, но на самом деле это было спасением, потому что дало мне возможность избавиться от героина. Наркотики разрушили мои семейные отношения. Я отбыл 26 месяцев от срока и сумел избавиться от героина. Но оставалось что-то, с чем я был просто не в силах совладать. Я стал чрезвычайно жестоким. Мне казалось, что весь мир должен мне за отвратительное детство, побои и смерть мамы.
На протяжении всех 20 лет тюремных сроков я всегда чувствовал тягу к церкви. В детстве я ходил в церковь, ходил один, никто из взрослых не ходил со мной, а я бежал туда в минуты самого большого страха.
Оглядываясь назад, я уверен, что среди тех людей в церкви были те, кто видел одинокого испуганного мальчика и молился. Эти молитвы многое поменяли в моей жизни в последствии.
Я всегда искал чего-то: пробовал буддизм, читал индуистские писания, Коран, изучал философию.

После 7 лет заключения я стал жестоким, импульсивным гангстером, был сломлен внутри и вымещал эту боль на всех вокруг. У меня совершенно не было сил оставаться тем, кем я стал, ещё один такой срок стал бы для меня последним. Эта злоба прикончила бы меня, я так ясно понял это, что стал искать помощи.

В конце концов, в тюрьме Донкастер я посетил часовню и встретился там с группой молитвенников, которые стали разговаривать со мной и молиться обо мне. Я начал изучать Библию.
Но, освободившись, я чувствовал себя недостойным общаться с настоящими христианами и вернулся к прежнему образу жизни. Так в 2013 г. я снова оказался в тюрьме и уже на следующий день я вошёл в часовню. Там не было никого, только я и Бог. Я прошептал: «Если Ты настоящий, если Ты существуешь и слышишь меня, пусть среди тех голубей, что летают за моим серым окном, появится белый». Я отправился спать, а на следующее утро, подойдя к окну, где обычно курил, увидел, как улетает стая голубей. Но один из них остался на месте. Белый.

В этот момент что-то словно взорвалось внутри меня. Я выбежал из своей камеры и начал кричать: «Бог есть! Бог есть!» В тот день я посвятил свою жизнь Иисусу. Каждый день я готов был рвать решётку, лишь бы спуститься в часовню, — таким был мой голод по Богу. Когда я начал читать Библию, моя вера становилась всё больше, и Христос стал стремительно менять моё сердце.

У меня была внушающая страх репутация — моё прозвище было «Bang’em» (англ. «bang them — «пристрели их»). Но, как новообращённый, всё, что я мог чувствовать, — это любовь, изливающуюся из меня. Я взял свои ярость и гнев, положил их к ногам Иисуса и сказал: «Ты всё знаешь». В течение нескольких недель я чудесным образом был освобождён, и это были мои последние дни в качестве заключённого.

Самым большим свидетельством для окружающих было то, что этот большой жестокий человек просто хотел обнимать их. Раньше я был столь жесток, что люди переходили дорогу, чтобы избежать встречи со мной. Я запросто мог наброситься и избить кого-то. Я мог стоять в пабе, и достаточно было просто посмотреть в мою сторону, чтобы я разбил голову этому человеку.

Но, освободившись из тюрьмы, я пошёл в паб и молился за людей там. Никто из них не смел отказать мне, потому что они боялись меня! Но теперь из меня исходил водопад любви Иисуса, и я просто хотел обнимать их. Я был охвачен чем-то более могущественным, чем зло, которое было вокруг меня.

Выйдя из тюрьмы, я решил восстановить отношения с детьми и своей семьей, а также вернуться в спорт. Мне удалось отменить пожизненный запрет в RFL и стать главным капелланом в Донкастерской регби-лиге.

Потом я стал служить в тюрьмах, это было незабываемо. Я слышал знакомые звуки дверных засовов, стук решёток, и это переворачивало всё во мне. Но я продолжал, и Бог действительно использовал меня. Я смог говорить с заключёнными, говорить им о Христе. Они сидели и слушали. Я просил их выйти вперёд, чтобы получить спасение, и все они вышли вперёд.

Моё послание — это послание надежды, потому что, если вы даете кому-то надежду, вы даёте ему шанс. Большинство заключённых отчаянно нуждаются в этой надежде, чтобы разорвать порочный круг, в котором они находятся.

Я никогда не был частью жизни моей дочери, но через два месяца после освобождения она стала жить со мной. Моя средняя дочь приехала жить ко мне примерно в то же время. Из-за того, как мы расстались с матерью моего сына, мне пришлось бороться за право опекать его в суде. Молясь перед слушанием, я сказал: «Я не знаю, что Ты собираешься сделать, но пусть Твоя воля будет исполнена». В течение шести месяцев я был награждён совместной опекой.
Сейчас ему 7 лет, он в церкви, молится, любит Иисуса, любит людей и хочет стать пастором.

Я работаю в школах и с юными правонарушителями. Как и взрослым, я несу им послание надежды, но основной упор делаю на выбор. Просто делюсь с ними своей жизнью и говорю: «Слушай, тебе не нужно проходить через всё это. Не трать 20 с лишним лет; просто пропусти всё это и приходи к Иисусу сейчас, сегодня, потому что Он так сильно любит тебя!»

По материалам Christian Today

Поделиться:

Статьи по теме

Back to top button